Как работают бортпроводники в Казахстане (фото)

Со стороны профессия кажется романтичной – небо, мощная железная птица и красивая униформа. Но с другой стороны – бессонные ночи, 150 пассажиров, требующих внимания, и необходимость помнить все инструкции, которые могут пригодиться в полете. Однако, стюардессы никогда не жалуются – все они искренне любят свою работу и видят в ней только позитивные моменты. О нюансах работы рассказали бортпроводники авиакомпании Air Astana – Мария Сотникова, Фарух Мушрапилов и Динара Нуржанова.

Как вы пришли в авиацию? Было ли это мечтой?

Мария:Мне тогда было 18, я училась в Академии гражданской авиации и всегда видела очень много стюардесс в районе аэропорта. Мне захотелось тоже попробовать, и у меня все получилось, уже восемь лет как я в компании.

В 18 лет это был первый опыт вообще какого-либо собеседования, мне было страшно, но в то же время была какая-то непринужденность. Все прошло довольно гладко.

Мой папа всегда хотел, чтобы я летала. В принципе, может, я и пошла в бортпроводники, потому что папа поддерживал. Я и в АГА поступила, потому что папа хотел. Прямо мечта у него была, не знаю, почему. Может, он сам хотел когда-то летать.

Фарух: Моя история с авиацией началась в 2013 году, когда я пришел в авиакомпанию, успешно прошел собеседование, и мне позвонили, чему я был очень рад. После прошел медкомиссию, начались тренинги, обучение. Сейчас я в компании уже 2 года и 5 месяцев, продвигаюсь по карьерной лестнице, компания в меня вкладывает и ждет отдачи, и я ее делаю.

Динара: Я по образованию финансист. Поступала на переводчика, затем родители сказали, что это не профессия, и нужно учиться на финансиста или юриста. На втором курсе я перевелась, отучилась. Но мне с детства хотелось путешествовать, и я учила английский язык, думала, что буду синхронным переводчиком.

После окончания университета я работала в строительной фирме, была офисным сотрудником. А моя подруга летала уже несколько лет, приходила в гости загоревшей и дарила сувенирчики из разных стран и городов, рассказывала разные истории, показывала фотографии.

Ф.: После медкомиссии начинается основной этап для бортпроводников, они проходят тренинги, которые делятся на теорию и практику. Мы проходим их во Франкфурте, куда улетаем минимум на четыре дня. Тренинги включают открытие и закрытие дверей, пожаротушение, спасение людей в бассейне.

М.: Это полная имитация всех аварийных ситуаций. Если здесь мы можем представить все это только визуально, то там мы заходим в самолет, тренажер, и при «турбулентности» нас трясет, а если «посадка на воду», то будут всплески воды точь-в-точь, чтобы мы были готовы к таким ситуациям.

Тренинги приходится проходить и во время работы?

М.: У нас постоянно происходит обучение, раз в год мы повторяем все, что изучали на первичном тренинге.

Ф.: Весной и осенью мы проходим ориентацию - один день посвящен тому, что мы изучаем что-то новое, и корректируем то, что раньше не замечали. После каждого тренинга у нас проходит аттестация, мы сдаем тесты. Бывает, кто-то «заваливает» экзамен, а кто-то сдает успешно. Но всегда есть второй шанс.

Чтобы перейти работать в бизнес-класс, нужно дополнительно проходить обучение?

Мне было очень интересно, и я спросила, возьмут ли меня. Она посоветовала отправить резюме. Я пыталась около года, так как набора все не было. В конце концов, меня пригласили на собеседование, которое я прошла.

Папа отнесся негативно, когда я сообщила ему новость. Конечно же, я расстроилась. В компании я работаю уже четыре года, папа теперь относится нормально, всегда спрашивает, куда я лечу, переживает, и звонит, чтобы спросить, как у меня дела. Он может почувствовать по голосу, все ли у меня в порядке.

Какие требования предъявляют кандидатам в бортпроводники?

М.: Самое основное требование - это рост. Конкретной цифры там нет, но мы должны дотянуться до полки. Знание языков тоже обязательно. Мы проходим собеседование на русском, английском и казахском, и мы должны уметь свободно общаться. И здоровье.

Можно пройти все собеседования, но если не пройдешь хотя бы одного врача, то все. Прохождение ВЛЭК – это множество врачей – занимает около пяти дней, тебя исследуют от А до Я.

Первая комиссия объемная - там и хирурги, и лор, и анализ крови. Также проверяют, как ты будешь реагировать на зону турбулентности. Только после прохождения комиссии подписывают договор.

Ф.: Чтобы попасть в бизнес-класс, бортпроводник должен после прохождения испытательного срока год проработать в эконом-классе. Затем можно подать заявку на повышение. Заявка проходит скрининг, потом назначают промоушн – собеседование. Если успешно проходишь собеседование, назначают тренинги, потому что бизнес-класс - это другое обслуживание и там все по-другому.

Расскажите о своем режиме дня.

М.: У бортпроводников режима нет. Бортпроводник – человек, который может спать всегда, везде и в любое время суток, потому что существует временная разница. Сегодня мы можем быть в Бангкоке, завтра – во Франкфурте. Допустим, там разница минус один час, здесь – плюс четыре. да еще нужно в Алматы акклиматизироваться.

Если я прилетаю в Лондон – разница пять часов с Алматы, - я живу по лондонскому времени. А когда прилетаю домой, то чаще всего сплю. Пока я не сниму форму, я спать не буду хотеть. Стоит мне ее снять – начинается время моего отдыха. Конечно, хочется спать, но ты себя настраиваешь, что это работа.

Ф.: Мария, например, может улететь из Алматы дней на пять в Гонконг. Сейчас это самая длинная эстафета – три дня там, два дня на перелеты. У меня такого нет, я летаю в ближнее зарубежье. Потому у меня масса свободного времени в Алматы. Я могу два-три дня дома находиться, потом в рейс слетать, и затем у меня есть еще около суток свободного времени.

М.: На самом деле, у нас намного больше свободного времени, чем у работников офиса с 9 до 6. Мы можем ночь отлетать и день провести дома. Или мы будем каждую ночь летать – три ночи подряд - зато потом дома. Или можем улететь на три дня, а потом четыре дня провести в Алматы.

Чем занимаетесь в свободное время?

М.: За границей гуляем, если есть возможность, смотрим достопримечательности. Но никто не пренебрегает предполетным или послеполетным отдыхом. Перед рейсом мы обязательно должны отдыхать 12 часов.

Ф.: Дома в свободное время занимаюсь домашними делами, с друзьями могу встретиться, спортом заняться. Я любитель автомобилей. Машинами занимаюсь в свободное время. А за границей достопримечательности смотрим. Например, в Стамбул я могу летать каждый месяц один-два раза, трачу время на шоппинг. Даже меня, мужчину, девушки этим «заражают». Также в каждой гостинице у нас есть спортзал и бассейн, все это бесплатно. Утром просыпаешься, позавтракал, поплавал, позагорал…

Какие самые запоминающиеся наставления вы получали от более опытных коллег?

Ф.: Всегда я получал одно и то же наставление от опытного бортпроводника, который летает уже более 25 лет. Это – быть уверенным в себе. Это самый главный аспект всей авиации. Всегда знать, что ты сможешь, что добьешься всех целей.

М.:

 Достаточно много было советов. Но когда я только пришла в авиацию, мне сказал пассажир – «Если случается какая-то ситуация, нужно смотреть на лицо бортпроводника. Если оно испуганное, то нам надо пугаться». Я запомнила, что даже при плохой игре нужно держать лицо.

Меняется ли экипаж с каждым полетом?

М.: У нас нет закрепленных бригад или закрепленных рейсов. Каждый день ты приходишь, а у тебя новые коллеги. Ты приходишь на рейс, и не знаешь никого из своей бригады. Но потом вы слетали пусть даже в Шымкент – 50 минут полета - и уже становитесь как одна семья или словно пять лет в офисе вместе проработали. Помимо того, что пассажиры меняются - меняется самолет, меняются коллеги. Это хорошо, потому что мы учимся приспосабливаться к любой ситуации в жизни.

Ф.: Когда я проходил собеседование, нас было около 90 человек, и нас поделили по группам, я находился с незнакомыми людьми и как-то у нас пошло общение. В это время, когда вы начинаете общаться, за вами наблюдает старший борт-проводник, смотрит, как вы это делаете, записывает. Пример приведу – я за 2,5 года не летал с некоторыми своими одногруппниками. Ротация бешенная.

Ставят ли на рейсы супругов?

Динара:

 Не ставят на рейсы супругов вместе из-за безопасности. Потому что не должно быть привыкания к одному человеку. Когда ты привыкаешь к человеку, ты ему доверяешь и можешь его не перепроверить. А когда постоянно ставят новых людей, то тут у нас идет проверка – всегда «чек». Открыть дверь – «чек». Я не доверю ему, и мне не доверят. Но если будет экстренная ситуация, мы должны полагаться друг на друга, на то, что мы сработаем как команда.

Как относятся пассажиры, бывают ли негативные ситуации?

М.: Бывают, тут нечего скрывать. Самолет - это закрытое пространство, тем более на высоте 10 тысяч метров, и для каждого человека это стресс. Даже если пассажир летает через день, как только он заходит в самолет – он подвергается стрессу.

Ф.: Таких острых негативных моментов на рейсе не бывает.

М.: А может просто мы их не замечаем, я так думаю.

Ф.: Человек испытывает стресс открыто или закрыто. Может показывать что-то негативное, а может закрыться в себе. Даже самый агрессивный человек, если подойдешь к нему и спросишь, как дела и предложишь выпить или поесть, успокаивается. Не бывало такого, чтобы у меня пассажир испытывал агрессию весь рейс.

М.: Не секрет что у нас не все люди умеют воспринимать слово «нет» в свой адрес. Например, если мы говорим, что у нас закончились пледы, то их действительно нет, а не потому что мы не хотим давать или прячем.

У нас место ограничено, и если загружается 90 пледов на самолет, а людей – 190, то понятно, что кому-то может не хватить, и пассажиры начинают ругаться. Их можно понять, но опять-таки все учатся выходить из этой ситуации.

Каждый бортпроводник – это хороший психолог. Иногда сидит пассажир и ты внутри себя понимаешь – его лучше не трогать. Задаешь ему стандартные вопросы и все. А кто-то хочет очень много внимания. Но мы только «за» пообщаться. Таких моментов, чтобы нас оскорбляли или обижали - у меня не было такого. Из каждой ситуации можно выйти с улыбкой.

На входе в компанию висит табло, где указано количество благодарностей и жалоб. На что обычно жалуются пассажиры?

Ф.: Мы должны собрать больше 200 благодарностей и менее 50 жалоб в год. Их оставляют пассажиры на официальном сайте компании и во время рейса.

М.: Бывают абсурдные, смешные жалобы, когда пассажиры не знают, что что-то им не положено. В основном, жалобы поступают от тех пассажиров, кто летает редко и не знает сервиса Эйр Астаны. Или наоборот, кто летает очень часто. Может, где-то есть и наша вина, что что-то не предоставлено, например, 10 рейсов ему давали пледы, а на 11-й не дали, потому что они закончились.

Замечали ли вы за собой, что какие-то привычки перенесли из самолета в повседневную жизнь?

Ф.: В самолетах ограничено место, и есть маленькие мусорные баки, потому пустые бутылки мы скручиваем, чтобы занимали меньше места. И даже на улице я стал так делать. И не я один, все бортпроводники так делают. Это привычка. И убираться. Девушкам, тем более, дома приходится убираться, а я как мужчина тоже порядок поддерживаю.

Элементарно – поел, убрал, потому что на работе никто за тобой не уберет. Ремень безопасности в машине – до авиации я мог его не пристегивать. В самолете ремень, говорят, – жизнь твоя. Если ты не пристегнешься, то это может быть опасно для жизни. Так же и в машине. Раньше если я не думал об этом, то теперь обязательно.

Какие есть секреты ухода за кожей в самолете, ведь не секрет, что воздух на борту очень сухой?

М.: Мы обязательно, независимо девушка или парень, пьем очень много воды. Я и в самолете пью много воды, и дома, организм просит. Я не выхожу из дома без крема для рук - ни в полет, ни просто куда-то. Кроме того, все крема – увлажняющие, уходом у нас никто не пренебрегает, я думаю.

А какие есть требования к внешности бортпроводниц? Например, гладко зачесанные волосы?

М.: Гладко зачесанные волосы - это стандарт, это часть униформы. Все что на нас надето – согласно стандарту: часы, лак для ногтей, невидимки определенного цвета, сережки. Это не мы хотим, мы так должны делать. Сережки должны быть классические или «гвоздики» жемчужные или кристаллы.

Нельзя никакие цепочки надевать, макияж должен быть неярких пастельных тонов. Волосы мы убираем в специальную сетку чтобы ничего не вылезло, не торчало. Кольцо может быть только одно на каждой руке. Часы либо черные кожаные, либо золотистые, серебристые. Колготки определенного цвета.

Бортпроводник – лицо авиакомпании, а мы, как национальный перевозчик, – лицо нашей страны за рубежом. У нас есть книжка, где прописаны стандартны ношения нашей униформы. В наушниках мы не можем ходить. Надеть поверх кофту мы не можем. Пока ты не доехала до отеля, ты не можешь в автобусе развязать шарфик, нужно быть в форме.

Бортпроводники едят ту же еду, что и пассажиры?

М.: У нас питание не сильно отличается, но оно делится по циклам. Мы едим то же самое, что и пассажиры эконом-класса, может, только гарнир отличается.

Может ли быть такое, что бортпроводнику отказали в визе в страну, куда он должен лететь?

М.: Мы не получаем визу. У бортпроводников есть летный пропуск и полетная документация. Мы точно так же проходим пограничный контроль, нас проверяют по базе данных, если все нормально, то мы вылетаем.

За какое время до вылета вы должны прибыть в аэропорт?

М.: На международные рейсы за 2 часа, на внутренние – за 1,5 часа до вылета. Мы приходим в офис, отмечаемся - у нас электронная система регистрации – пришел вовремя или нет. Выдается информация: кто летит с тобой, какой самолет, сколько пассажиров. Проверяется медкомиссия. Потом проходит предполетный брифинг – положения о рейсе, что ожидаем, сколько пассажиров, может, какие-то особенные пассажиры, старший бортпроводник опрашивает аварийно-испытательное оборудование у всех проводников, медицинские процедуры, использование, расположение и аварийные процедуры.

Мы распределяем обязанности на брифинге, и каждый за что-то отвечает. Потом мы проходим медицинский осмотр, и затем проходим в самолет, и каждый начинает заниматься своими обязанностями.

Каков лимит ручной клади или багажа для бортпроводников?

М.: У нас немножко по-другому, нас по килограммам не проверяют. Есть два чемодана – большой – дальние рейсы, и маленький – на короткие. В самолет мы можем брать только маленький. Можно взять большой, но ты его сдашь в багаж.

Что вам нравится в вашей работе больше всего?

Ф.: Все. Нет таких негативных моментов. Если бы мне что-то в моей работе не нравилось, я бы не работал здесь. Каждый любит свою работу, если работает здесь. Работа не трудная, много свободного времени, видишь разные города, общаешься с людьми, не только с бортпроводниками, но и с пассажирами. Их 150, и как минимум с 50 из них ты контактируешь.

М.: Я люблю свою работу и всегда говорю, что Эйр Астана меня вырастила. Я пришла в 18 лет, но я, по сути, была ребенком. Я очень благодарна, что могу увидеть мир, я люблю общаться с коллегами, пассажирами. Я, например, дома одна не могу целый день сидеть, или вечером утомлю мужа, потому что я все хочу ему рассказать. Мы любим пообщаться. Немножко тяжело то, что нужно по ночам вставать и не спать. Но это не такой большой минус. Для меня намного труднее встать в семь утра на тренинг, чем в три часа ночи на брифинг. Но я люблю, это мое.

Какие бонусы предусмотрены компанией для бортпроводников, помимо материальных?

Ф.: У нас бывают конкурсы среди бортпроводников внутри компании, каждый год у нас объявляется самый лучший бортпроводник, супервайзер, бортпроводник бизнес-класса, старший бортпроводник экономического класса и просто лучший бортпроводник. Мы каждый рейс получаем оценку от старшего бортпроводника, и по итогам полугодия выбирают лучшего и делают поощрения, например, путевкой в Анталью на всю семью.

Есть ли у вас семьи?

М.: Я замужем, но детей пока нет. Обычно все спрашивают, как муж реагирует, не запрещает ли – нет, не запрещает и относится с понимаем, это работа и любимая работа, и человек должен самореализоваться, он не может ходить на нелюбимую работу и быть счастливым.

Ф.: У меня скоро свадьба. Семья только образовывается. Моя невеста положительно относится к моей работе. Конечно, доля ревности присутствует из-за того, что женский коллектив преобладает. Но она этого не показывает.

Пытаются ли пассажиры знакомиться?

Д.: Мне предлагали замуж на борту. Я летала в бизнес-классе на позиции JA, понравилась пассажиру, и он предложил замуж. Но я даже не отреагировала никак, потому что это просто было веселье и все. Но знакомятся, конечно. Бывают случаи, когда девушки выходят замуж за пассажиров.

М.: У нас много случаев, когда стюардессы выходят замуж за пилотов, бортпроводников. Знакомятся с пассажирами. Судьба она такая. Не денешься никуда.

Написать комментарий